Начало путешествия
Сидим в Козельске в отеле Карс. Уже второй день здесь: Олег заболел — простудился под кондишеном в машине, пьёт антибиотики.
Мы с Машей сходили в город за цитросептом и пополнили запас витамин.
В аптеке Козельска продавец знает всех покупателей: кому стевию вынесет, кому на двести рублей пузырьков алкогольных.
В продуктовом магазине городка покупали козельские кефиры, оплачивали карточкой. Так нам с карточки сдачу дали — 50 копеек! Смотрю чек: пробито ровно на 50 копеек больше.
Сегодня утром разобрали багажник машины. Пригнали её под окна нашего номера, расстелили на лужайке туристическую подстилку и разобрали все содержимое заднего багажника по категориям. Теперь легче будет искать что-то нужное.
Сейчас сидим на веранде в ресторане при отеле, нарастает дым: где-то пожар, видели пожарную машину с включённой сигнализацией.
Места эти прекрасны: леса, дороги узкие, словно ленты стелются вверх-вниз по холмам. Люди по большей части рабочие, сельские. Видели как тракторист ехал в ковше трактора, а его девушка сидела за рулём с каким-то помощником. И то поднимала, то опускала ковш со своим возлюбленным, а тракторист радовался и махал нам. А мы радовались ему из нашей Шнивы. Ехали мы тогда из Ясной Поляны в Оптину Пустынь.
Вообще-то мы собирались в Индокитай, но потом в Себеже на даче у Андрея поняли, что опасное это предприятие. В мире сейчас нестабильно, да и здоровье может подкачать от резких перемен климата. Но на море хочется. Три года уже в Москве сидим — по морю соскучились.
Самым верным решением было ехать в Крым: и море есть и землю посмотреть можно, чтоб не в квартире московской сидеть, а под крымским небом на воздухе дни коротать.
Пришлось машину купить, вездеход, недорогой, чтоб землю на ней спокойно искать. К машине — палатку, чтоб встать, где хочется. К палатке — кресла, к креслам — горелку, к горелке вместительную чугунную сковородку.
Ну и конечно же спиннинг со всеми возможными наживками — чтоб было, чем питаться на свежем воздухе у водоёмов.
Спустя месяц после решения ехать в Крым мы, гружённые по самый потолок Шнивы, выехали из Москвы.
Первым пунктом остановки выбрали Ясную Поляну. Приехали туда ночью, очень уставшие, вселились в двухкомнатный номер с длиннющим коридором.
Принимающая сторона могла бы и пол помыть, прежде, чем гостей вселять. Решили принимать всё, каким оно, блин, является.
Территория отеля тихая, но днём разъезжает строительная техника, строит новое здание. В 19 году должны закончить обустройство, и, возможно, здесь будет очень приятно и спокойно.
Утром позавтракали яичницей и отправились с джипиэсом на поиски усадьбы Льва Николаевича. Усадьба находится в нескольких километрах от гостиницы. Джипиэс под руководством Сусанина-Косичечника провёл нас через дачные участки, областную больницу затерянную в зелени, и пруд с бодрыми уточками-попрошайками.
Перед главными воротами в усадьбу — несколько лавочек с дегустацией/продажей тульских пряников. За воротами — касса. Можно купить вход на территорию, а вот дом Льва Николаевича можно осмотреть только в составе организованной группы! Интересно, придёт ли кому-нибудь в голову идея построить отель в Ясной Поляне с номерами, копирующими интерьер усадьбы?
Усадьба поразила огромными старыми ясенями, развесистыми дубами, изобилием ив.
У дома семьи Толстого стояла очередь из корейцев, а под верандой спала собака.
Мы гуляли по территории, пока жара окончательно не сморила нас, а потом, как Лев Николаевич, прикорнули перед обедом рядом с рекой, куда в своё время повадилась бегать топиться Софья Андреевна.
В тенистом уголке усадьбы — могила Толстого. Перед поворотом на могилу — табличка «зона тишины». Обрыв, густой лес. Лев Николаевич любил здесь уединяться. Могила укрыта можжевельником. Креста нет.
Обедали плохими супами из ларька, что перед входом в усадьбу, лучше бы дошли до отеля. Купили тульский пряник — оказался свеж и хорош.
Дома, в номере (теперь дома — это значит в номере, забавно!) заснули, угуленные и одурманенные свежим воздухом. Потом уже отлично пообедали в увитой растениями беседке ресторана при отеле. Вкусно пообедали и качественно.
Уехали на следующий день с решением обязательно вернуться.
Ясная Поляна — Оптина Пустынь
Варианта было два: ехать на живописное место и разбивать палатку, или подхватить попутный ветер истории и направиться в Оптину Пустынь, по следам Толстого. Остановились на втором. Косатик немного простудился и о палатке речи быть не могло.
Ехали красивой дорогой. Видели холмы да речки, уступали дорогу сену, останавливались в деревне под старой ржавой мельницей, пили кофе из термоса с печеньками.
Перед Оптиной Пустынью — большая автомобильная парковка. Машин много. Хотим поставить нашу в тени — все места заняты. Только озвучили желание вслух, как пространство под тенью деревьев освобождается, машина уезжает и мы занимаем её место. Загадочно…
Перед воротами в монастырь есть несколько корпусов с гостиницами, идём туда. Вокруг много паломников, мужчины бородатые, женщины в платках. Дорогу нам переходит человек в прекрасной серой рясе (позже мы будем с ним обедать, но об этом далее). Заходим в корпус гостиницы — на стене напротив образ Богоматери. Очередь из паломников, желающих вселиться. Никого из администрации нет на месте, решаем пойти пообедать.
Напротив — столовая. И тоже образ богоматери внутри помещения. Заходим, занимаем очередь, Олег садится за столик, мы с Косичечником стоим в очереди. Перед нами две иностранки в платочках. Одна учит другую выговаривать слово «коврижка». Делает акцент на букве «р», учит собеседницу раскатистому звуку.
Доходит их очередь, заказывают на русском языке борщ и конечно же ковРРРижку. Девушка на кассе радуется и интересуется, из какой они страны. Из Франции и Бельгии. Девушка просит у них монетку для мужа: он коллекционирует монетки. Иностранки находят евро мелочью. Девушка сияет, очень искренне радуется, благодарит, рассказывает, как обрадуется её муж.
Наша очередь. Взяли борща, вареников с вишней и картошкой, малосольных огурчиков, капустного салатика, монастырского квасу. Очень всё вкусно, очень душевно, вареники вообще сказка!
Рядом с нами за столом обедает тот самый человек в серой красивой рясе, что пересёк нам дорогу, недалёко от гостиничного корпуса. Лет он немолодых, худ, горбат, с редкой русой бородкой, волосами не то, чтобы длинными, но и не короткими, убранными в низкий хвост.
Рядом с ним сидит его дружбан, полный антипод первого. Одет он в тренники, рубашку в красно-синюю клетку. Тоже худ, однако короткострижен. Немного калека, поэтому тот, кто в рясе, стремиться ему помогать. Стриженый волосатого гоняет:
— Бог нас создал свободными, а ты меня лишаешь свободы. Не надо мне помогать, сам справлюсь.
Волосатый отходит.
Поражает обилие светящихся лиц. А детки у них так прям воробушки: бодрые, внимательные, весёлые. Настоящее детство! Почему психологи не узнают, что православные говорят своим детям, и не введут это в массовую практику общения с детьми? Если этот метод делает детей счастливыми, почему бы не воспользоваться им всем родителям?
Есть, конечно, среди паломников и безумцы. Много больных, калек. Встретился ребёнок в инвалидном кресле, голова запала назад, коровой мычит. Едут со всей страны к старцам в надежде на чудо. Давняя традиция. Ещё Федор Михайлович писал в Братьях Карамазовых про старчество в Оптиной Пустыне.
А Толстой ходил сюда пешком. Встречался со старцем и не поверил ему. А старец Толстого гордецом назвал. Вот такая ситуация.
Кстати, ходил сюда Толстой из Ясной своей Поляны по тому же маршруту, что и мы проехали на нашей Шниве. Узнали об этом только уже сидя в отеле от яндекса. А в отель мы вселились не в примонастырский — пусть уж лучше паломники там живут, что мы зря будем комнаты занимать! Поехали в ближайший городок Козельск. По дороге я искупалась в озере — хорошая тёплая водичка, смыла усталость переезда. Маша c Олегом были простужены, купаться не рискнули.
Отель Карс прям на въезде в городок хорош, тихий, готовят здесь нормально, можно постираться (в Ясной Поляне не стирают почему-то), вид из веранды ресторана на Оптину Пустынь, а из окна нашего номера — на дачи и гнездо аистов.
По утрам тут летают ласточки целым роем — учат своих птенцов взрослой жизни. Аисты тоже прилетают-улетают из гнезда. Невероятно притягателен глазу полёт огромной птицы.
Сейчас мы сидим в отеле, Олег пьёт антибиотики (сильно заболел, была мысль возвращаться в Москву, но решили остаться). Мы с Машей бегаем в аптеку. Сегодня Олегу стало лучше — оставили его на часик, погуляли по городу. Залезали на древнюю сторожевую башню. Вид на окрестности потрясающий: если бы взяли туристические сидушки, можно было бы посидеть, посозерцать. Городок примечателен спокойствием.
Сейчас 22.25, пьём цикорий и чай, за окном слышен лай собак, тихий разговор постояльцев. Пора спать.
продолжение следует…
