Лет восемь назад в каком-то городке, название которого унесли перелётные птицы, мы жили в съёмной квартире. Квартира была небольшой, но довольно уютной: кухонька, смежная ванная, спальня и небольшая гостиная с балконом. Окна гостиной выходили в парк, где под весенним солнцем грелись какие-то пёстрые щебетуны. Городок был совсем провинциальным, театра в нём не было, зато неподалёку от центральной площади красовался дом культуры, куда вся творческая жизнь стекалась бурными речушками. Там можно было послушать Моцарта в исполнении юношеского музыкального кружка, провести часок на выставке художников-портретистов, посмотреть спектакль, старательно сыгранный любителями-энтузиастами.
Собственно говоря, в городке мы тем и занимались, что ходили в дом культуры на разные мероприятия. Конечно, большую часть времени мы читали книжки, гуляли в парке возле дома, бегали на реку смотреть закат, но стремились не пропускать ни одно культурное событие.
Время текло быстро, весну сменило жаркое лето.
Как-то днём мы выходили на очередную прогулку в парк и заметили, что соседская дверь прям напротив нашей квартиры отворена настежь. Дело бы казалось обычным, если бы оно происходило единожды. Однако, ситуация повторилась на следующий день, и потом снова и снова: настежь распахнутая дверь оголяла коридор с зелёными обоими, за которым угадывался поворот, ведущий в комнату. Казалось, никого в квартире нет, и, возможно, соседи просто забыли запереть дверь и куда-то уехали.
Где-то на третий день после первого столкновения с распахнутой дверью мы решили позвонить в дверной звонок. Никто не отреагировал. Была идея зайти в квартиру, но мы опаздывали на спектакль, и решили не отвлекаться от наших дел. Помнится, спектакль нам тогда понравился: главная героиня была очень артистична и на ней «держалась» вся игра (видимо, режиссёр не смог «подтянуть» остальную труппу). Уже после спектакля, когда мы поднимались на свой этаж и снова увидели распахнутую дверь, за которой темнел коридор, подумали, что наверное хорошо бы завтра вызвать милицию.
Однако на следующее утро после завтрака решили не вызывать пока никого, а сходить самим в квартиру «на разведку». Солнце уже светило ярко и было по-летнему тепло. Мы надели тапочки и пошли. Порог чужой квартиры переступали с волнением: мало ли что там можно увидеть… Но ничего особого не увидели: непосредственно за дверью справа был вход на кухню. Немытая посуда в раковине, недопитый чай на столе, печенье. Двери в остальные комнаты закрыты. Мы дошли до конца коридора и тут неожиданно мной завладело странное чувство. Я осознала присутствие чего-то потустороннего. Мне стало страшно и мы поспешили уйти.
Дома за чаем я пыталась объяснить ребятам, что что-то в этой квартире есть, что-то неземное, но все сослались на моё богатое воображение и со смехом процитировали фразу из какого-то кино, утверждающую, что подумать можно всё что угодно.
Потом, ещё за чаем, мы услышали, как на лестничной клетке хлопнула дверь. Посмотрели в глазок: соседская дверь закрыта. Мы поспешили выбежать из своей квартиры и позвонили в ту самую дверь. Через пару секунд нам отворила молодая улыбчивая девушка. Мы сразу узнали талантливую актрису из последнего спектакля:
— О! А мы Вас знаем: Вы вчера играли в спектакле. А — соседи напротив.
— Да, — улыбнулась девушка, — заходите, пожалуйста.
Через минуту мы уже пили чай из пакетиков (Маша сбегала к нам за зелёным, у Юли, так звали актрису, зелёного не оказалось). Пили чай с печеньем, и Олег рассказал про распахнутую дверь.
— Странно, — удивилась Юля, я её запираю всегда. И когда прихожу домой, отпираю.
— То есть вчера, когда Вы пришли, дверь была закрыта? — спросила я.
— Конечно, на несколько замков, как обычно.
Кажется, Юля перестала нам доверять. Она уже не улыбалась и молча жевала печенье. Маша решила разрядить обстановку и вспомнила, что у нас дома есть приготовленная утром запеканка и ещё банановый кекс. Предложение было с радостью принято, и Юля, кажется, немного повеселела.
Мы общались, пили чай, всем было весело и интересно. А потом Юля вышла из кухни в комнату за чем-то и не вернулась.
Минут через десять мы вышли из кухни и робко её позвали. Она не отозвалась. Двери в комнаты были закрыты. Вышли на лестничную клетку. Там её тоже не оказалось. Вернулись на кухню: немытая посуда в раковине, недопитый чай на столе, печенье. Как утром, когда мы зашли в эту квартиру «на разведку».
